"За меня сватаются два жениха": музей непрочитанных писем на Ярославщине " За меня сватаются два жениха - один кавалер, а другой вдовец. Посоветуй, маменька, за кого идти..." Юрий Феклистов Особняк купчихи Устиньи Росковой. Непростая ситуация сложилась в 1928 году у девушки, но совета она не дождалась. Ее взволнованная весточка матери не дошла до адресата. Как и еще почти 500 писем жителей села Заозерье Угличского района Ярославской области, отправленных родным и близким в 1928-1929-х годах. Почти сто лет они пролежали на чердаке сельской почты, пока их случайно не обнаружил почтальон Руслан Шестиперов. Почему они не были доставлены - загадка. Скорее всего, нерадивый почтовик рассчитывал найти в письмах деньги - в то время обычной практикой было отправлять домой заработанные рубли в конвертах. А потом злоумышленник складывал вскрытые письма на чердаке. Село Заозерье Угличского района. Фото: Юрий Феклистов Почтальон Руслан Шестиперов знал, кому отнести это богатство, - конечно, Алене Петуховой! Учительнице истории местной школы, давно занимающейся прошлым Заозерья. Первое упоминание о Заозерье относится к 1483 году. В XIX веке селом владели князья Волконские, Одоевские, последней владелицей стала Ольга Михайловна Салтыкова, мать знаменитого писателя. Михаил Ефграфович Салтыков-Щедрин часто гостил здесь и вывел Заозерье под именем " Заболотье" в " Пошехонской старине". А в 1860 году купчиха Устинья Роскова, разбогатевшая здесь на баранках - у нее была пекарня, - выстроила себе роскошный особняк в стиле "русский модерн". Через сто лет заозерский мастер Николай Бородулин украсил особняк вырезанными из жести хищными рыбами, которые водятся в местных реках. И украсил ими водостоки на крыше. Так особняк превратился в " Дом со щуками". Письма из прошлого. В советское время здесь располагалась контора колхоза. А сегодня мы сидим в " Доме со щуками", восстановленном силами волонтеров, и вместе с Аленой Петуховой рассматриваем письма вековой давности - экспонаты будущего Музея непрочитанных писем. Щука - символ старинного особняка и будущего музея. Фото: Юрий Феклистов Разобраться в почерках и особенностях орфографии непросто. Алена рассказывает: когда взяла в руки первое письмо, боялась, что бумага рассыплется. Но глаза боятся - руки делают. Благодаря гранту от президентского фонда культурных инициатив Алена с помощниками купили специальные архивные конверты для хранения документов и сейф. Письма сканировали, потом расшифровывали. С каждой прочитанной строчкой открывались непритязательные картины жизни односельчан - и всей нашей страны. Работа, дети, семейные заботы, любовь, мысли о будущем... Учитель истории Алена Петухова. Фото: Юрий Феклистов Конечно, наши предки обсуждали погоду. В феврале 1929 года в Москве стояли трескучие морозы, а лето 1928-го выдалось жарким. О чем и сообщает Нюра Васе: " В Москве очень тяжело переносить зной. То ли дело в Тарасовке, под Мытищами! Всегда можно съездить на велосипеде искупаться в Клязьме". Энтузиасты будущего музея обсуждают его концепцию. Фото: Юрий Феклистов А Ивана Ефимовича Виляева, который пишет супруге Аграфене Афанасьевне из Москвы в деревню Горбанцево, это недалеко от Заозерья, волнует домашнее хозяйство - как там без него управляются. В конверт вложена записка для дочки Валентины, подростка, которая никого не слушается и гуляет по ночам. Отец волнуется: " И двери остаюца навсю ночь незакрыты. Воры залезуть и всех побють и все обкрадуть". Заозерские краски. К. и М. Скорбящевы пишут из Москвы, куда они недавно переехали, родственникам в деревню: " Понемногу обзаводимся, кое-что надо. Мы прививаемся как говорится к колу. Но кое-что уже есть, кровать хорошая". Выражение "прививаться к колу" это, оказывается, "выстраивать дом, обзаводиться хозяйством" - так издавна говорили на Ярославщине. " Домашня, целую тебя много раз. Очень скучаю по тебе и детям. Напиши, как твое здоровье..." - это муж пишет жене Домаше. Интерьеры будущего музея. Фото: Юрий Феклистов А М. Корчагина работает в городском в госпитале и своим родственникам в деревню Андреевку рядом с Заозерьем обещает выписать журнал " Лапоть" - потому что "он смешной, много картинок в нем". И, конечно, среди недоставленных писем много любовных. Парень описывает заозерской девушке свою жизнь в Москве: он "помогает отцу шить "портуманеты", играет на балалайке и мандолине, скучает о своей милой и вспоминает, как они с ней гуляли и "ночи коротали". Интерьеры будущего музея. Фото: Юрий Феклистов В другом письме: " Я опьянен думой о вас"... - Поражает, как люди общаются, - говорит Алена Петухова. - Обсценной лексики почти нет. Все очень вежливо, даже если ситуация щекотливая - неверность супруга, жалоба на невестку. Много писем, когда мужчина очень нежно обращается к жене. Прямо исходит от писем тепло, любовь и забота. Строки из 1928 года. Все письма уже оцифрованы, Алена с помощниками-единомышленниками и своими учениками занимаются их расшифровкой, поиском потомков авторов и адресатов, восстановлением родословных. Строки из 1928 года. В нынешнем году по мотивам недоставленных писем выйдет анимационный фильм - его делает художница Нина Бисярина. Одно из писем переведено в аудиоформат: оригинальный текст прочитал и записал актер Денис Кузнецов. Таких аудиописем будет больше, и что важно, озвучат их жители Заозерья и соседних деревень. Здание почты, где были обнаружены письма. Фото: Юрий Феклистов Личные истории станут основой Музея непрочитанных писем. Они наконец-то исполнят свое предназначение - вернут память о людях, чьи судьбы могли навсегда исчезнуть вместе с пожелтевшими листками. Читайте нас в Telegram Новости о прошлом и репортажи о настоящем подписаться